Американское надувательство. «Четырнадцать пунктов» Вильсона в зеркале сегодняшнего дня

0
497
Source: Pixabay

Берлин, Германия (Weltexpress). День 8 января, сто лет назад, имел решающее значение для Германии и Австро-Венгрии. Американский президент Вильсон зачитал тогда в Конгрессе США свои печально известные «Четырнадцать пунктов» по поводу возможного установления мира в Европе. Последствия для мирового сообщества все еще ощущаются и сегодня. Были ли мы — в прямом смысле этого слова — «обведены вокруг пальца»?

Удивительно, что «четырнадцать пунктов» оказали такое большое влияние на европейские воюющие стороны, особенно в Австро-Венгрии и Германском рейхе. Причем даже с сегодняшнего расстояния, поскольку Соединенные Штаты вступили в войну на стороне союзников 6 апреля 1917 года, почти девятью месяцами ранее, хотя и объявили себя нейтральными в начале войны. Исторически неоспоримо, что в то время высока была вероятность того, что центральные державы победят в убийственной борьбе. С американской точки зрения это должно было быть предотвращено при любых обстоятельствах.

На то имелись две серьезные причины, и бывший босс «Стратфора» Джордж Фридман несколько лет назад добавил важный третий аспект. Первый аспект был очевиден потому, что крупная победа центральных держав и, таким образом, поражение для Франции и Соединенного Королевства привело бы к тому, что огромные военные кредиты, которые США предоставили этим двум европейским государствам, не были бы погашены. Это, в свою очередь, могло означать крах Соединенных Штатов. Кроме того, Соединенные Штаты были сделаны «боеспособными» против континентальных государств Австро-Венгрии и Германского рейха в 1917 году — в отличие от начала войны в 1914 году, когда большая часть евреев, живущих в США, все еще находилась на стороне центральных держав. Соглашение Сайкса-Пико 1916 года и перспектива «еврейской родины в Османской Палестине» изменили настроения. Германский рейх поддержал своего союзника, и еврейское мировое сообщество узнало с этого момента о том, за что было бы целесообразно ратовать.

Четырнадцать пунктов Вильсона должны были послужить своей цели, но не так, как этого ожидали те, кто больше не видел смысла в продолжении войны

Только лишь после украинского путча 2014 года, и тем самым столетие спустя от начала Первой мировой войны, у многих знаменитостей упала пелена с глаз: в Чикаго, зловещем месте для всех концепций, выкованных против Австро-Венгрии и Германского рейха на протяжении более 150 лет, вышеупомянутый Фридман прояснил историческое развитие с учетом глобальных стратегических аспектов. Победа центральных держав во время Первой мировой войны противоречила бы стратегическим намерениям Соединенных Штатов, состоявшим в том, чтобы надолго предотвратить плодотворное сотрудничество между Германией и Россией. Эта цель — и связанное с ней американское влияние на европейском континенте — должна быть достигнута любой ценой.

Таким образом, большие части Европы, пострадавшие от огромных потерь в бесконечной войне, буквально вздохнули с облегчением, когда американский президент сформулировал цели для возможного мирного соглашения в Европе. Право народов на самоопределение присутствовало там так же, как и отказ от территориальных уступок и свобода торговли, в том числе на море. Четырнадцать пунктов Вильсона должны были служить своей цели, но не так, как этого ожидали те, кто больше не видел смысла в продолжении войны…

Нужно взглянуть на общую картину развития событий того времени, чтобы понять военные причины и мотивы, которые частично верны и по сей день. Кто сегодня знает, что кайзеровская Германия мобилизовала профессионального революционера по имени Ленин, чтобы поставить Россию как воюющую сторону на колени изнутри? Также исчезло из голов большинства и то, что в то же время из Соединенных Штатов был мобилизован еще один русский профессиональный революционер в направлении России. Какая американская цель в России должна была быть реализована Троцким, о котором идет речь? Или теми немногими агитаторами с их призывами к свержению строя, которые за нескольких дней до прекращения огня в ноябре 1918 года использовали всеобщий митинг в Мюнхене, где присутствовало более сотни тысяч людей, надеявшихся на установление мира?

Представленные Вильсоном «пункты» принесли уже безоружной Германии миллионы жертв, в том числе миллион мертвых и миллионы детей, мутировавших в стариков на улицах. За четырнадцатью пунктами американского президента скрывалась английская голодная блокада беззащитной Германии, которая продолжалась до лета 1919 года с целью положить конец «немецкой расе». Так во всяком случае выразился, согласно имеющимся источникам, основатель международного скаутского движения Бейден-Пауэлл. Это был известный из истории призыв: «Карфаген» должен быть уничтожен. Сегодня этот призыв вновь актуален, на этот раз в отношении Москвы. В то время вероломство трудно было превзойти, невелика разница и сегодня. Гражданин Содружества, талантливый историк Кристофер Кларк попытался распутать клубок в своей новаторской книге о европейских лунатиках: ответственность за катастрофические события прошлого века была настолько умело распределена на всевозможные плечи, что ни у кого не возникло соблазна поискать ее там, где англосаксонские «наперсточники» ее пришвартовали — на Британских островах. Нужно признать, что в отношении европейской истории после Венского конгресса 1814 года британские вдохновители Первой мировой войны посредством дипломатической конструкции, которая привела к войне, последовательно продумали до конца британскую политику против европейского мирного порядка в форме предложенного на Венском конгрессе «Священного союза».

Не следует ли политикам с жалкими остатками порядочности в этой стране повелеть нам поискать глубинную причину состояния нашего великого восточного соседа, вместо того чтобы вновь вставать в стойку у его границ?

Не долго пришлось ждать американскому военному атташе в Берлине в начале двадцатых годов, когда он настолько помог в то время почти совершенно неизвестному в Германии «герру Гитлеру» в финансовом отношении, что уровень его известности возрос с ужасными последствиями для Германии и всего мира. В числе прочего, катастрофа под названием «Сталинград» в этом целенаправленном мышлении окончательно прояснила смысл изначального финансирования Гитлера, потому как тем самым отношения между немцами и русскими были напрочь разрушены. Об этом следует напомнить хотя бы потому, что не только «шестая армия» в этом городе 75 лет назад прекратила свое существование. Соседние с нами народы на Востоке, которые уже более 130 лет назад пережили с нашей стороны опустошение под французским императором Наполеоном, должны были понести невообразимые потери, обеспечивая защиту от нападения нацистского Германского рейха. За это они ничего не требовали. Наоборот, именно Советский Союз заложил основы для объединения Германии и сделал возможным окончание холодной войны. С тех пор Кремль, в отличие от нас, следует долгожданной политике добрососедства. А что делаем мы? Возможно, это приказ из Вашингтона — относиться к русским с прохладцей. Но ведь это наше правительство и определенные части немецкого общества, которые не хотят рассматривать Москву даже в свете европейских культурно-исторических основ. Согласно им, нужно хотя бы выслушать противоположную сторону. Вместо этого к России в приказном порядке применяются персональный бойкот и бесконечные санкции, даже невзирая на долговременный ущерб, причиняемый своей собственной экономике. Не следует ли политикам с жалкими остатками порядочности в этой стране, памятуя о полной страданий истории прошедшего века, повелеть нам поискать глубинную причину состояния нашего великого восточного соседа, вместо того чтобы вновь вставать в стойку у его границ?

Воспоминания о том, что произошло между 8 январем 1918 г., перемирием 9 ноября 1918 года, подписанием немецкой стороной Версальского диктата 28 июня 1919 года и так называемых «Договоров парижских предместий» о наследии Габсбургской монархии от 10 сентября 1918 с немецкой Австрией, будет определять лежащий перед нами период времени. Уже объявлено о производстве медийной продукции, и, как показывает опыт последних десятилетий, будут и далее предприниматься попытки навязать немецкому народу взгляд союзников-победителей на историю. Предвестники уже заметны. Это действительно гарантирует политико-журналистское окружение производственных площадок или телерадиоканалы, которые передают такие произведения. Если посмотреть на годовую программу всех германских радио- и телевизионных станций, то не позднее 8 мая 1945 года должно появиться секретное условие капитуляции. Иначе невозможно понять, почему изо дня в день Дом Виндзоров мурыжат во всех аспектах. Что касается бесконечного цикла о британской королевской семье, любой желающий в Германии получить представление о монархии и милитаризме должен непрерывно смотреть канал NDR. Напрасны будут ожидания, что немецкому прошлому и настоящему будет предоставлено сопоставимое место и время. О сопоставимом доброжелательном репортаже нельзя даже и мечтать.

Германские фонды поддерживают тех, кто подчиняется англосаксонскому мировоззрению, и таким образом держат нас всех как граждан, имеющих право на свою собственную, правдиво переданную историю, под контролем

В этих условиях неудивительно, что британские историки в Германии получили власть над недавней историей нашей страны и Европы. В Германии модно говорить о тех, чья важнейшая задача, кажется, состоит в том, чтобы увековечить взгляд на историю тех, кто создал рамки для катастроф прошлого века. Однако глобальные политические конфликты в последние годы имеют серьезные последствия для этого исторического доминирования со стороны Туманного Альбиона: по мере того как напряженность в Европе снова возрастает, открываются архивы, что дает возможность получить более глубокое понимание исторических событий и в то же время нынешнего влияния. Многое свидетельствует о том, что новая открытость в отношении исторических процессов нацелена на нас, немцев.

А есть ли также и немецкие историки, оказывающие такое же воздействие, как и их англо-саксонские коллеги? Сказать, что нет, было бы неуместным. Но у сегодняшних граждан не создается впечатления, что видные члены местной гильдии историков вступают в отчаянную борьбу, когда речь идет о всеобъемлющей оценке эпохи, которая по-прежнему определяет политику сегодня. Германские фонды поддерживают тех, кто подчиняется англосаксонскому мировоззрению, и таким образом держат нас всех как граждан, имеющих право на свою собственную, правдиво переданную историю, под контролем. В это дело немецкие историки, которые уступчиво занимались тезисом Фрица Фишера о единоличной германской вине относительно Первой мировой войны, ее истории и последствиях, внесли значительный вклад. По сей день складывается впечатление, что их интерпретация новейшей истории определялась тем, чтобы как можно более дистанцировать свою соответствующую роль в изложении событий периода правления НСДАП и ожидаемых последствий. Этот феномен в общем наблюдается во всей немецкой публицистике в послевоенные годы. Союзное мировоззрение имело поддержку у тех самых авторитетных журналистов, которые либо сами занимали высокие и наивысшие позиции в нацистском репрессивном аппарате, или же их отцы.

Являются ли 8 января 1918 года и последующие даты вопросом прошлого, «политического вчера»? Вовсе нет, как показал визит президента США Трампа в Париж 14 июля 2017 года по приглашению его французского коллеги. Потому как этот государственный визит не вписывался в обычные рамки. Он приписывался вступлению Соединенных Штатов в войну на стороне Франции и Британии, чтобы предотвратить тогдашнюю вырисовывавшуюся победу Австро-Венгрии и кайзеровской Германии. О других мотивах — военные займы — я уже говорил выше. Почему парижское мероприятие выходило за рамки? В последние несколько десятилетий стало хорошим европейским обычаем, когда присутствующие представители бывших противников в войне пожимают руки у могил павших. Так было до того момента и во Франции, и в России. Французский президент Макрон явно отклонился от этого примирительного жеста, невзирая на то, что это было бы более чем уместным на историческом фоне. Зачем? Чтобы несколько недель спустя выступить с речью в Европейском Союзе о дальнейшем развитии Европы? В каком духе? Не говоря уже о том, что пора бы уж положить конец единоличным решениям. Решениям, которые последовательно разрушают основы Европейского Союза в глазах его граждан.

Четырнадцать пунктов Вильсона и западные декларации 1990 года можно объединить под одним девизом: действительно к исполнению нарушенное слово

Не является ли, тем не менее, 8 января 1918 года вопросом прошлого? Уловкой, чтобы вывести противников на скользкий лед и наискорейшим образом достичь своей цели? Разумеется, вовремя был сделан отход от переговоров по версальскому диктату, оставив это наследникам Наполеона, который в свое время подтолкнул Европу к гибели. Однако забывают, что американские «специалисты по военным долгам» были оставлены на ключевых позициях для мероприятия в Версале, чтобы иметь возможность зафиксировать единоличную немецкую и австро-венгерскую вину в этой кровопролитной войне вопреки любой исторической правде и фактам. Несколько лет назад Германия погасила возложенные на нее таким образом обязательства до последнего пфеннига. Так что это, тот самый вчерашний снег? Вовсе нет, как вновь показывают конец холодной войны, обстоятельства воссоединения Германии, с общим пониманием расширяющегося ограничения НАТО, и сегодняшнее развертывание всего Запада против России. Четырнадцать пунктов Вильсона и западные декларации 1990 года можно объединить под одним девизом: действительно к исполнению нарушенное слово. В период после 1945 года снова и снова подчеркивалось, что ключ к воссоединению и к окончанию европейского раскола лежит в Москве. Москва вручила нам этот ключ и вместе с ним надежду на добрососедские отношения и «общий дом Европа». Основа сделки заключалась в нерасширении НАТО за пределы границ Восточной Германии. Опыт, который Германия приобрела в 1918-м и в последующие годы, — это опыт России после 1990 года.

* * *

Статья Вилли Виммера была впервые опубликована в Zeitgeist Online на немецком языке 6 января 2018 г.
Литература

Christopher Clark: Die Schlafwandler: Wie Europa in den ersten Weltkrieg zog. DVA, München 2013
Willy Wimmer: Die Akte Moskau. zeitgeist Print & Online, Höhr-Grenzhausen 2016
Wolfgang Effenberger/Willy Wimmer: Wiederkehr der Hasardeure. Schattenstrategen, Kriegstreiber, stille Profiteure 1914 und heute. zeitgeist Print & Online, Höhr-Grenzhausen 2014

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ